×
Главная » ЭКОНОМИКА » Вице-премьеры определили главные проблемы каждого региона

Вице-премьеры определили главные проблемы каждого региона

Вице-премьеры, курирующие федеральные округа, выделили ключевые проблемы своих регионов. Изучив субъекты, они сформулировали как системные, так и локальные решения — от борьбы с опустыниванием до снижения теневой занятости

Фото: Кирилл Кухмарь / ТАСС

Заместители председателя правительства, с лета курирующие федеральные округа, определили ключевые вопросы вверенных им регионов, которые необходимо решить до 2024 года в рамках исполнения национальных проектов. Приоритетные проблемы касаются различных сфер социально-экономического развития — рынка труда, дорожной инфраструктуры, туризма, экологии и т.д. Например, в потребностях Северо-Кавказского федерального округа (СКФО) выделяется проблема теневой занятости, а куратор Дальневосточного федерального округа ставит акцент на строительстве нового жилья.

Рабочий документ, представляющий собой сводку основных проблем регионов и предложения по их решению, изначально опубликовал Telegram-канал «Майский указ». Подлинность документа подтвердил РБК федеральный чиновник. По словам другого собеседника из аппарата правительства, сведением воедино региональных проблем занимается Минэкономразвития. В министерство на момент публикации такое поручение не поступало, сообщила РБК пресс-служба Минэкономики. РБК также направил запрос в пресс-службу правительства.

В июле этого года премьер-министр Михаил Мишустин распределил между своими заместителями обязанности по курированию федеральных округов. В новом статусе вице-премьеры должны заниматься инвестиционной привлекательностью регионов, эффективностью бюджетных расходов, социально-экономическим развитием территорий, в том числе реализацией национальных проектов и государственных программ.

За кем закрепили федеральные округа:

  • Виктория Абрамченко — Сибирский (СФО);
  • Татьяна Голикова — Северо-Западный (СЗФО);
  • Дмитрий Григоренко — Центральный (ЦФО);
  • Юрий Борисов — Уральский (УФО);
  • Александр Новак — Северо-Кавказский (СКФО);
  • Юрий Трутнев — Дальневосточный (ДВФО);
  • Марат Хуснуллин — Южный (ЮФО);
  • Дмитрий Чернышенко — Приволжский (ПФО).

Системные задачи

В целом ряде регионов — Дагестане, Чечне, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Северной Осетии — Алании (все представляют СКФО), а также Карелии (СЗФО) — вице-премьеры указали на необходимость снижения уровня теневой занятости.

Масштаб проблемы подробно описывается на примере Карелии. По оценке властей, 14,6% местного населения (40 тыс. человек) заняты в неформальном секторе, что «негативно влияет на состояние экономики» региона, который недополучает налоговые поступления. Неформальным сектором в данном случае считаются работники, не трудоустроенные официально. Ранее РБК писал со ссылкой на расчеты ВШЭ, что в некорпоративном секторе рынка труда, основную часть которого составляет серый рынок, трудовые доходы упали почти на 20% к допандемийному уровню. По данным Росстата, в масштабах всей страны на неформальном рынке труда в третьем квартале 2021 года присутствовали 14,8 млн человек, это 20,5% от общей занятости.

Для снижения неофициальной занятости предлагается комплекс из четырех мер:

  • создание единой базы неформально занятых на основе данных Пенсионного фонда, Фонда социального страхования, Фонда обязательного медицинского страхования и Федеральной налоговой службы с доступом к ней местных органов власти;
  • увеличение размера административных штрафов для работодателей за отказ от оформления трудовых отношений с работниками и неявку на заседания трудовых комиссий до 1 млн руб. Сейчас в КоАП за уклонение от официального трудоустройства предусмотрен штраф до 100 тыс. руб.;
  • утверждение контрольных показателей по снижению неформальной занятости для контрольно-надзорных органов и местных властей;
  • разработка методических рекомендаций по взаимодействию разных уровней исполнительной власти, контрольных органов и внебюджетных фондов по вопросам легализации трудовых отношений.

Другая проблема, также характерная для нескольких регионов из разных федеральных округов, касается пограничных пунктов с соседними государствами. В Республике Алтай (СФО) назрела необходимость модернизации пункта пропуска «Ташанта» на границе с Монголией. Пропускная способность пункта в периоды пиковых нагрузок в 1,7 раза ниже, чем нужно, требуется оснащение санитарной и досмотровой площадками, рентгеновской техникой. На границе Республики Алтай с Казахстаном и вовсе отсутствует пункт пропуска — ближайший к региону проезд через границу расположен в Алтайском крае. Модернизация пунктов пропуска на границе с Казахстаном актуальна и для Омской области. На омском участке границы расположены четыре автомобильных пункта пропуска, однако построены они были по временной схеме в 1993 году, их расчетная пропускная способность в пять раз меньше реальных объемов движения.

Не хватает пункта международного пропуска в Смоленской области (ЦФО) на границе с Белоруссией. С 2016 года через пропускной пункт «Красная горка» на трассе М-1 «Беларусь» могут проезжать только граждане Союзного государства, а иностранцам рекомендуется пересекать границу с Россией самолетом или со стороны Латвии. Такой запрет ущемляет возможности региона по привлечению туристического потока и инвестиций, отмечается в документе.

Проблемы территорий

Среди ключевых названы вопросы, ограниченные географией конкретных территорий. Например, в Рязанской области (ЦФО) приоритетом для курирующего вице-премьера оказалась корректировка ограничений на строительство гостиниц и сельскохозяйственных построек на территории объекта культурного наследия «Есенинская Русь», где находится въездная зона Музея-заповедника поэта Сергея Есенина. В границы территории площадью 42 тыс. га входят 42 населенных пункта. По градостроительным регламентам музея-заповедника во въездной зоне нельзя вести гостиничную деятельность, «что серьезно ограничивает развитие инфраструктуры туризма».

В свою очередь, в Абакане, столице и самом многочисленном населенном пункте Хакасии, не хватает площадей для строительства жилых домов. Решить проблему может создание искусственного земельного участка. По сообщению правительства Хакасии, речь идет о переведении земель за северной дамбой, защищающей Абакан от наводнений, из статуса водного фонда в статус земель для поселений. Понятие искусственного земельного участка было введено в федеральное законодательство в 2011 году.

Калмыкия, напротив, страдает от нехватки водных ресурсов. В регионе остро стоит проблема опустынивания сельскохозяйственных земель. В районах Черных земель и Кизлярских пастбищ численность поголовья крупного рогатого скота сократилась на четверть, а мелкого скота — почти на 20% по сравнению с прошлым годом. Одна из предложенных мер для восстановления плодородных свойств земель — проведение в очагах опустынивания фитомелиоративных работ (к ним относят культивирование растений, посадку трав и др.).

Конфликт цифровых систем и дефицит щепок

Для Москвы в качестве одного из приоритетов указано разрешение конфликта федеральных информационных систем с региональными. У Москвы развиты собственные цифровые системы для различных сфер: Единая медицинская информационно-аналитическая система (ЕМИАС), Московская электронная школа (МЭШ), автоматизированная система управления «Единый информационно-расчетный центр» (АСУ ЕИРЦ) и др. Необходимо избежать дублирования их функций с создаваемыми централизованными системами, следует из документа. Там рекомендуется, чтобы реализация проектов на территории субъектов проходила с использованием собственной информационной инфраструктуры, и указано, что замена «развитых» региональных систем «создаваемыми федеральными» недопустима.

Также в разделе о проблемах Москвы ставится вопрос о регулировании миграционных потоков с безвизовыми странами, такими как Абхазия, Азербайджан, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Молдавия и т.д. Предлагается следующий вариант решения: ускорить подготовку законопроекта о введении для граждан безвизовых стран, длительно находящихся в России, обязательной дактилоскопии, фотографирования и регулярных медицинских освидетельствований.

Для Карелии, площадь которой на 85% занимает лесной фонд, стоит проблема дефицита древесного сырья для предприятий целлюлозно-бумажной промышленности. Предлагается ввести запрет на экспорт технологической щепы. Экспорт древесной щепы из Карелии в 2020 году составил около $42 млн, следует из данных ФТС.

Ограничения на экспорт древесины, в том числе в виде древесно-стружечных плит и используемых для их производства щепок, в феврале этого года предлагал ввести Минпромторг. По оценке главы ведомства Дениса Мантурова, из-за мебельного бума за прошлый год цена на ДСП выросла почти на 40% и на 30% увеличился экспорт в другие страны.

Источник

Оставить комментарий